Drapo Laver

Совсем недавно закрылась очередная 60-я Венецианская биеннале 2024, главным куратором которой был бразилец Адриано Педрозу с выставочным слоганом «иностранцы повсюду». Среди всего потока произведений искусств хотелось бы зафиксировать несколько имен, которые мне запомнились за эти три дня, проведенных на острове.

Джардини

На основной выставке в садах Джардини выделяется фильм афро-итальянского режиссера Фреда Куворну «Мы были здесь«. Он рассказывает о репрезентации чернокожих африканцев в искусстве Ренессанса, демонстрируя долгую историю их присутствия на Апеннинском полуострове. Фильм является реакцией на антимигрантские настроения и манифестирует мультикультурную историю Италии.

Особое место без сомнения занимает инсталляция фотографа Пабло Делано «Музей старой колонии». На ней можно было увидеть визуальный архив Пуэрто-Рико, территории, принадлежащей США, но не являющейся ее частью. Жители Пуэрто-Рико имеют право получить паспорт США, но не имеют право принимать участие в выборах президента. Согласно Делано, инсталляция рассказывает историю Пуэрто-Рико как «колонии XXI века», где люди «живут как иностранцы в своей собственной стране».

В одном из последних залов основной экспозиции находится потрясающая мини-выставка художников-модернистов из Глобального Юга под названием «Историческое ядро. Портреты».  По словам куратора, задача этой выставки — продемонстрировать «каннибалистическую» практику (понятие Освольда де Андраде) в искусстве, когда художники периферии апроприируют искусство метрополии, но при этом привносят собственное содержание. На фотографиях внизу нескольких портретов, которые стилистически очень разные. Тем не менее их объединяет то, с каким чувством достоинства изображены портретируемые.

Из национальных павильонов Джардини произвел впечатление своей театральностью немецкий павильон. Главный вход был засыпан землей и зайти в него можно было только сбоку. Внутри располагались две инсталляции. Одна представляла собой архитектурную сценографию театрального режиссера Эрзана Мондтага под названием «Монумент неизвестному человеку». В монумент можно было зайти внутрь и подняться на два этажа вверх. Внутри располагались комнаты, где все предметы были засыпаны белым порошком. Порошок должен был имитировать асбест – материал, который теперь признан канцерогеном. Инсталляция рассказывала историю деда художника Гасана Айгюна, который работал в 60-е годы на асбестовом предприятии «Этернит» в Западном Берлине и позже скончался от тяжелого заболевания лёгких. Вторая видео и звуковая инсталляция «Прощание» израильской художницы Яэль Бартана занимала несколько залов и представляла научно-фантастический ритуал прощания с Землей перед отлетом космического корабля в дальние галактики.  

Арсенале

Концепция выставки в Арсенале показалась более популярной и зрелищной. В залах доминировали крупные скульптуры, неизменно привлекающие внимание. У входа в главную галерею располагалась яркая модульная живопись мексиканской художницы Фриды Торанцо Йегер «Ярость — это машина в эпоху отсутствия чувств», которая посвящена маргинализированным сообществам, «сопротивляющимся колониальной и гендерной эксплуатации». Ее работа открывала тему деколониальности в изобразительном искусстве Глобального Юга. За ней следовали художники и художницы, которые представляли истории и космологии колонизированных народов и сообществ. Всех перечислить невозможно, поэтому назову двух — современного индигенного скульптора Фреда Грэхема, который по-новому переосмысляет знания и символы маори, и Сантьяго Яуракани. Художник принадлежит к клану Аимени национальности Уитото, проживающей в перуанской Амазонии. Яуракани работает вне зависимости от западной истории искусств и активирует память и знание своих предков, возвращая себе таким образом силу духа, скрытую в растениях и животных.

На территории Арсенале находились и национальные павильоны. Среди них особенно хотелось отметить павильон Украины, который показывал групповую выставку «Плетение сетей». На выставке обращали на себя внимание видеоработы художественной пары Андрия и Лии Достлиевых под названием «Комфортная работа» и художественного дуэта Андрия Рачинского и Даниила Ревковского под названием «Гражданские. Вторжение». Работа Достлиевых представляла собой многоканальную видеоинсталляцию, которая иронично исследует стереотипы и ожидания европейцев от беженцев и беженок из Украины. Харьковские художники Рачинский и Ревковский работают с «найденными» видео, которые пользователи соцсетей сами выкладывают в общий доступ. До полномасштабной войны мне запомнилась их работа, где они находили видеозаписи рабочих больших промышленных предприятий, которые фиксировали с юмором или вполне серьезно свои условия труда, нарушения техники безопасности и производственные аварии, но война не могла не внести коррективы. В этой видеоработе 2023 года собраны в один визуальный нарратив записи жителей Украины по хэштегам «бомбежки» и «захоронения». Увиденное не сможет оставить равнодушным никого.

Надо отметить, что восточноевропейское представительство на основной экспозиции биеннале относительно небольшое. Помимо национального павильона, тема Украины звучит только в павильоне Польши, и у художницы Гюнеш Теркол. Протестные художницы из России и вовсе нигде не представлены. Похоже, что у Адриано Педрозу Глобальный Юг всё еще никак не может встретиться с Глобальным Востоком.

Выставка «Борис Лурье. Жизнь с мертвыми»

Среди выставок вне основных площадок Арсенале и Джардини хотелось бы отметить две — это выставка Бориса Лурье и Тесфайе Ургесса. Выставка Бориса Лурье, приуроченная к 100-летию со дня рождения художника, проходила в географическом центре острова. Творчество Лурье невозможно рассматривать отдельно от его судьбы. Он родился в Ленинграде в еврейской семье, которая перед войной переехала в Ригу. Во время немецкой оккупации женская половина его семьи была убита, а сам Лурье вместе с отцом пережил гетто и концлагерь. После освобождения они эмигрировали в Нью-Йорк, где Лурье стал известным художником-нонконформистом.

На выставке были представлены его графические работы. Его живописные работы я уже видел до этого. В 2016 году была показана его большая выставка в Еврейском музее Берлина под названием «Никаких компромиссов!«. Работы Лурье шокируют: в глаза сразу бросаются крупные свастики, коллажи из изображений пинап-моделей и фотографий узников концлагерей. При более внимательном рассмотрении становится очевидным их политический смысл — радикальная критика американского общества потребления.

Еврейская идентичность Лурье как выжившего узника концлагеря играет ключевую роль в его творчестве. Она служит для него своего рода оправданием в использовании нацистской символики, изображений эксплуатации женского тела и документальных материалов, фиксирующие человеческие страдания. Свою травматизированную память он предъявляет послевоенному западному обществу, и обществу ничего не остается, как закрыть глаза на политкорректность и принять его искусство как есть.

Павильон Эфиопии: Тесфайе Ургесса

Выставка Тесфайе Ургесса под названием «Предрассудки и принадлежность» — это первая национальная выставка Эфиопии на Венецианском биеннале. Тесфайе Ургесса учился в Аддис-Абебском университете и Штутгартской академии искусств и является известным и, очевидно, коммерчески успешным художником — его представляет галерея «Saatchi Yates«.

На его полотнах изображены множество тел, которые имеют унифицированные лица и анатомически верные тела. Манера письма мне отчасти напомнила советскую академическую школу живописи. Интуитивно я связал это с его учебой у профессора  Тадесе Месфина, выпускника Ленинградской академии художеств, хотя в прессе часто отмечают его близость к британской живописи Лусьена Фрейда и Фрэнсиса Бэкона.

Рассматривать картины, на которых очень много деталей, а тела написаны виртуозно, очень занимательно, но расшифровать изображённое не так просто. Некий намёк может дать тот факт, что цвет изображенных тел не является определённым. «Чёрный прекрасен!» — важный слоган в современной афроамериканской культуре саморепрезентации, но, очевидно, Ургесса не следует дискурсам политики идентичности США. Его персонажи скорее всего не представляют конкретных людей, хотя в то же время некоторые элементы одежды и обстановки вполне узнаваемы.  Для того, чтобы более глубоко вникнуть в художественную философию картин, не хватает большего знания, и художник явно не считает нужным сразу давать подсказку. Могу лишь предположить, что речь идет о политическом, возможно «внерасовом» пониманием изображения человека. В подтверждение этой гипотезы журналистка Адриана Браун, со ссылкой на слова художника, пишет в своей статье «От Нюртингена до вершины мира искусств», что художник был из мира, где цвет кожи никогда не был проблемой, и только в Штутгарте он познакомился с «расовым профилированием» полицейских, а на одном из видео его Инстаграма возникает цитата: «Мои герои не черные и не белые. Они хрупкие и уверенные. Они представляют каждого».

Венецианское биеннале — самый большой в Европе смотр современного искусства и одновременно туристический атракцион мирового масштаба. В какой-то момент колличество произведений искуссва на выставке кажется бесконечным. Я предлагаю свой субъективный взгляд только на некоторые из них. Буду рад вашим комментариям и дополнениям.